RSS Feed

«Мы живем циклами, которые начинаются со смены очередного министра»

Комментарии отключеныКомментарии
Автор: Антон Зверев   09.07.2012  14:41

Антон Зверев
Похоже, аналитики из Высшей школы экономики ожидают очередного витка образовательных реформ. Иначе почему, задумав, как обычно, подвести итоги минувшего года в образовании, они де-факто подытожили главнейшие события школьной политики чуть ли не за два постсоветских десятилетия? И сделали сенсационный (по своей тональности, близкой к отчаянию) вывод: пока, мол, команда Минобрнауки не примет на себя функции правительства Гайдара и не запустит кардинальные реформы, ничего в системе образования не произойдет.

Школьные эксперты в роли футурологов

Поначалу руководители очередного «школьного» семинара в НИУ ВШЭ анонсировали его скромно, без затей, как плановое подведение итогов года в сфере знаний. Но на самом кануне обещанной встречи («в актуальной ситуации перехода: меняется руководство отрасли, заданы новые векторы развития» — сбивчиво поясняли мне девушки из канцелярии) тему мероприятия подправили. Теперь она звучала так: «Образование в 2013 году. Тенденции и вызовы — сбываются ли прогнозы?».

Участникам семинара были разосланы опубликованные в журнале «Вопросы образования» материалы дискуссии девятилетней давности, в ходе которой самые крутые и авторитетные эксперты из «Вышки» (в том же почти составе, что и сегодня) дружно пытались заглянуть за горизонт 2013 года. В результате выяснилось…

Впрочем, для начала все же процитируем эти довольно любопытные прогнозы. Любопытные вдвойне, поскольку в новой для них роли футурологов здесь выступили сами реформаторы, то есть модернизаторы — родители той самой НОП (новой образовательной политики), плоды которой мы вкушаем по сей день. Что они думали тогда о ситуации на школьной ниве и о будущем своих идей? Как проецировали их на то, что происходит в рядовой российской школе? Вот ответ…

«В среднем образовании растет отсев. (…) В выпуске из полной школы доля выходцев из нижних слоев резко уменьшилась. У выходцев из этих слоев сокращаются возможности для социальной мобильности. (…) Так мы получим прирастание социальной напряженности, а не качества работников» (Давид Константиновский).

«Думается, что масштабы этой внутриобразовательной дифференциации значительно больше, чем мы даже можем себе представить… Сейчас называется цифра, что ВВП в Соединенных Штатах наполовину создается тремя процентами, а наполовину — остальными 97-ю. Нас ждет то же» (Евгений Сабуров).

«Стране позарез нужны лидеры — рисковые, ответственные и самодостаточные авторы своих уникальных производств, малых предприятий, инновационных проектов», — страстно убеждали собеседники друг друга. И вообще, вкус к бизнесу «необходимо воспитывать. Это не с неба берущиеся способности» (Давид Константиновский).

«Наша система образования очень плохо дает и очень плохо продает некие общие социальные навыки, в то время как они очень востребованы на рынке» (Исаак Фрумин).

Стоп, а что же с прогнозами? А вот, пожалуйста:
«Мы видим, как сейчас системное образование «зарывает» старшую школу. Точно так же будет продолжаться дальше и по основной школе, по начальной. Я думаю, что возникнет, безусловно, высшее образование кочегаров. Мы не сможем остановить эти процессы в образовании. Это очень печально…» (Евгений Сабуров).

Или такое высказывание: «Полифонический, диалоговый и «клиповый» мир интернета приведет к коренному перелому в отношении «учитель — ученик»… К 2013 г. 80–90% учащихся и 60–70% их родителей будут сидеть в интернете… И доверие к учителю, доверие к школе, которые не смогут соответствовать этой новой информационной ситуации, резко упадут… Где-то половина из них (учителей — А.З.) покинет школу по возрасту… Многие образованные и творческие люди, почувствовав, что они нужны, востребованы обществом, могут прийти в новую школу в качестве учителей…» (Ярослав Кузьминов).

В меру оптимистической картинкой, вслед за умеренно пессимистичным руководителем «Вышки», утешил Евгений Сабуров: «Технология образования изменится кардинально, должна произойти дифференциация преподавателей на тех, кто задает задачи (а это можно сделать дистантно), и тьюторов, которые возятся с детьми — общаются и организуют работу, и им уже необязательно быть компетентными в науках».

«Возникнет индустрия подготовки к экзаменам. Один из жестких прогнозов: старшие классы (читай: профильная школа — А.З.) в итоге отомрут, а вместо них будут существовать ЕГЭ и бизнес-структуры по подготовке к ЕГЭ». На удивление меткий выстрел от Анатолия Пинского. «Нормативное бюджетное финансирование и общественное участие в управлении на деле должны заложить основу финансовой самостоятельности школ». (Он же)

И наконец: «Наступает время постепенного наведения мостов, когда субъекты спроса и предложения научатся понимать друг друга. В итоге станет возможной настоящая реформа образования, выход школы из состояния глухой обороны и формирование адекватных механизмов взаимодействия с изменившимся обществом» (Лев Якобсон).

Десятилетие губительных компромиссов

А теперь вернемся в день сегодняшний. Скажем, к той же злополучной, безуспешно отторгаемой передовым учительством модели нормативно-подушевого финансирования школы. Что все-таки с ней стряслось? Уже сейчас, в 2012-м. И каковы прогнозы на предполагаемый успех сего глобального (как все в нашей стране) проекта, а равно и на реализацию ФЗ № 83?
«Переход на этот самый норматив мы только обозначили, – взял слово секретарь ЦК учительского профсоюза Владимир Лившиц. — Потому как, вероятно, испугались сопряженной с этим инструментом рынка конкуренции, убоялись банкротства несостоятельных школ, а стало быть, родительских волнений, неизбежных социальных катаклизмов. В результате снова принимаем детей в школу по прописке. Сильные школы (если брать столицу) ничего, кроме головной боли, здесь не выиграли: мы их просто уравняли в финансировании. Ну и что? Начали — бросили, и так во всем. И где тут рынок? Только разговоры…».

Возвращаясь к теме накачивания российского образования деньгами, проректор ВШЭ Борис Рудник подчеркнул, что деньги тратились целенаправленно. «Вместо обычной уравниловки была выбрана стратегия поддержки лидеров. Это и инновационные образовательные программы, и поддержка лучших школ, и различные национальные проекты. Но что получилось из этой политики? Выросли у нас лидеры? О том и речь…» — тяжко вздохнул проректор «Вышки».

Скажем сразу: большинство участников семинара в итоге пришли к выводу, что прогнозы-2003 сбылись удивительно точно. Но… почему-то только негативные (по преимуществу).

По мнению директора Центра экономики непрерывного образования Российской академии народного хозяйства и госслужбы Татьяны Клячко, десять лет для прогнозирования ситуации в образовании — это вообще не срок. Производственный цикл школы составляет 11 лет, и нам следует говорить не о прогнозировании, но о планировании. То есть «мы должны четко знать, что происходит с системой в процессе и что с ней будет через 11 лет».

«Мы, эксперты, беспомощны в поисках позитивных сценариев развития», — жестко отрезал главный редактор журнала «Директор школы» Константин Ушаков. — Просчитывать риски и угрозы – да, это мы умеем. Складывается впечатление, что власть берёт и реализует наши негативные сценарии. А вот видения будущего у нас нет. Как нет его и у авторов «Стратегии-2020».

Тут, надо сказать, присутствующие на семинаре журналисты не сговариваясь обменялись чрезвычайно выразительными взглядами. Мол, ну и ну. Если у главных сценаристов школы нет сценария ее развития, то что, хотелось бы тогда понять, они так увлеченно обсуждают, а потом передают на самый верх для поступенчатой практической реализации?

Школа законсервирована. Все в он-лайн!

На этот раз много, как никогда, отнюдь не лестных слов звучало на Мясницкой о российских педагогах. Не желают они, видите ли, «сами себе устанавливать зарплату, отторгают финансовую автономию школы» (Александр Адамский). Понятно: ну не себя же, любимых, ругать за третью десятку в рейтинге PISA. Стало быть, виноваты исполнители умных стратегий, а не сами господа концептуалы. И вообще: «живой» учитель, как выяснилось благодаря этой ценной дискуссии, заведомо уступает «виртуальному» по всем позициям. Так, по мнению заместителя министра образования РФ Игоря Реморенко, «реального, а не дисплейного учителя нельзя, например, отключить так же, как в социальных сетях, на нем нельзя зависнуть» и т.п. А отключить Марьиванну, судя по брошенной вскользь реплике замминистра, пора. Ибо она, как и сама «образовательная площадка школы, давно исчерпала свой ресурс».

По словам директора Центра развития лидерства в образовании ВШЭ Анатолия Каспржака, прошедшее десятилетие останется в нашей истории «десятилеткой губительных компромиссов». «Ушли ПТУ, но мы открыли лицеи и прикладные бакалавриаты — по сути, те же ПТУ, с теми же проблемами. Или другой пример: мы сохранили ЕГЭ, но только потому, что открыли олимпиады. И все, кто может, проходят в вузы через них».

Во-вторых, на государственном уровне не было принято стратегически значимых решений. «До тех пор, пока в министерстве образования какая-нибудь команда не примет на себя функции правительства Гайдара, не запустит кардинальные реформы, ничего в системе образования не произойдет», — сказал Каспржак.

И пояснил: все дело в том, что в нашей стране система образования законсервирована. В том числе потому, что «дискуссии ведутся практически закрытые. Слишком мало новых, смело мыслящих людей в них вовлекается».
Ярким примером к последнему тезису профессора «вышки» может послужить хотя бы и сам семинар на Мясницкой. За его ходом в режиме вебинара следили педагоги из Петропавловска-Камчатского, Барнаула, Томска, Курска, Ярославля, Архангельска и многих еще городов. С ними, однако же, не поздоровались, не попрощались. И ни одному из них, «инакомыслящих», руководители мероприятия не предоставили в эфире сколько-нибудь времени. Хотя бы для респекта, для проформы. Почему? Этот вопрос так и остался висеть в воздухе.


PS.
На днях министр образования и науки Российской Федерации Дмитрий Ливанов лично и поименно представил свою новую команду на официальном сайте ведомства. Он подтвердил политику открытости для общества, заявленную сразу после назначения. Ну а нам, во всяком случае, понятно, кого будем благодарить за результаты ожидаемого нового витка образовательных реформ.

Comments are currently closed, but you can trackback from your own site.

Архив