RSS Feed

Николай Цискаридзе: «Я за такое образование, при котором ребенок получал бы больше гуманитарных знаний»

Комментарии отключеныКомментарии
Автор: Оксана Демьяненко   31.12.2011  18:32

На вопрос о самом ярком впечатлении детства он ответил: «Это залитая солнцем веранда, полное отсутствие забот, няня и соседи по коммунальной квартире. А я один на этой гигантской веранде, в окружении тысяч цветов играю в какую-нибудь игру на горячем от солнца деревянном полу. Ничего счастливее, лучше нет…» У столь уверенного в себе, прямолинейного и талантливого человека детство должно было быть непременно счастливым. В образах из детства черпаются силы, понимание ценностей и законов существования в сложном мире.

НИКОЛАЙ, КАК ВЫ НАЧАЛИ ТАНЦЕВАТЬ? МЕЧТАЛИ О ТАКОЙ КАРЬЕРЕ?

Я абсолютно случайно попал в балет, и я не думал, что туда попаду. Просто мне хотелось на сцену. И мне было все равно, в каком виде и качестве. Было только одно желание — попасть в тот мир, который мне казался сказкой. Мне казалось, там живут волшебники. Оказалось, там живут несчастные люди, которые пашут 24 часа в сутки для того, чтобы создать эти волшебные ощущения, которые меня обманули в зрительном зале.
Ошибка мамы, противницы балета, была в том, что она не завела меня за кулисы и не показала балет «с изнанки». Если бы я это хоть раз увидел, я не вы-брал бы этот путь.

КАКИЕ ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА ВАМ ПОМОГАЛИ, А КАКИЕ МЕШАЛИ ИДТИ К ЦЕЛИ?

Я очень ленивый человек, очень благостный и выросший в очень хорошей обстановке: я жил дома, не ходил в детский сад, у меня было очень счастливое детство.
Лишь попав в балет, я узнал, что жизнь бывает и другая, что это ужасно и очень сложно, это конкуренция и зависть. Дети, которые попадают в балет, в одну минуту понимают иерархию в классе: тот ребенок, который попадает к центральному станку и в центр первой линии, лучше по своим способностям. А я туда попал в первый же день занятий, 1 сентября 1984 года, и по сей день там стою. Потому что так природа распорядилась. Я этого не знал, не догадывался об этом в десятилетнем возрасте! К счастью не было у меня никаких кризисов по этому поводу, у меня заложены лидерские качества: я всегда должен быть самым первым, лучше всех. Я с первого класса сидел на первой парте, всегда на «пять» знал урок, лучше и быстрее всех соображал. Когда я сталкивался с завистью, меня спасало другое качество — я любил делать на-зло. Если бы кто-то сказал, что я этого не сделаю, я бы доказал, что сделаю.

ЧТО ВЫ БОЛЬШЕ ВСЕГО ЦЕНИТЕ В СВОЕЙ ПРОФЕССИИ?

Больше всего люблю, когда она заканчивается.

АПЛОДИСМЕНТЫ?

Нет. Есть огромное количество людей, которые в эту профессию пришли ради аплодисментов. Для меня, во-первых, это часть спектакля, и она должна быть красивой и презентабельной. Второе, при очень большой нагрузке аплодисменты часто являются спасительной заслонкой для приведения в порядок дыхания, чтобы дальше танцевать сложную вариацию. Больше аплодисменты для меня ничем не являются. Я, видимо, с детства был очень самодостаточным мальчиком.

РОДИТЕЛИ ГОВОРИЛИ ВАМ, ЧТО ВЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ?

Мне говорили, что я самый любимый. Мама мне всегда объясняла, что, несмотря ни на что, я для нее самый любимый и самый лучший. При этом для нее в этом «самый лучший» было «но»: я должен был быть «круглым» отличником и самым умным. Мама, например, никогда не проверяла дневник, но если, не дай Бог, она его брала и не видела там того, что хотела увидеть, здесь, конечно, был Армагеддон такой, что мало не казалось. У нас все было построено на доверии. Это очень важная вещь.

ДЛЯ ВАС ТАНЕЦ — ЭТО ФИЗИЧЕСКАЯ РАБОТА ИЛИ ТВОРЧЕСТВО? И ГДЕ ЭТО ТВОРЧЕСТВО РОЖДАЕТСЯ — НА СЦЕНЕ ИЛИ ВНУТРИ ВАС?

Фаина Георгиевна Раневская сказала гениальную фразу о том, что талант как прыщик: может вскочить на ком угодно. Для меня творчество — это тоже как талант. Это вещь, которая не делается. Об этом писал Пушкин в «Моцарте и Сальери»: можно высчитывать музыкальную фразу, а Моцарт ее рождал.
Мало кому Создатель диктует строку или мелодию. То же самое и в актерской профессии — это избранные люди, которым дано от природы. Мы можем научить делать движения, грамотно двигаться, но все, что касается именно творчества, это уже от природы и больше никак.

ВЫ ПРЕПОДАЕТЕ МОЛОДЫМ АРТИСТАМ?

Да, уже семь лет, и, знаете, здесь все сложно. Дело даже не в таланте, а в критериях, которые навязывают со стороны. Если вы все время будете объяснять людям с экранов телевизоров, со страниц изданий, что маленькие, коротконогие и пучеглазые — это хорошо, то люди, в конце концов, в это поверят. То же самое и у нас. Когда я рос, то в Большом театре танцевали только самые красивые и физически совершенные, самые музыкально идеальные люди, и каждый танцовщик или балерина были феноменальными индивидуальностями. Теперь, к сожалению, критерии размыты. По новому негласному канону, на сцене не нужны теперь ни маленькая голова, ни узкая талия, ни длинные ноги, ни маленькая стопа. Я все время говорю, что моему поколению повезло: и мне, и Ульяне Лопаткиной. Мы бы никогда не смогли сделать такую карьеру и взобраться на такую большую высоту, если бы не попали в балет в момент, когда еще не было засилья «блатняка», когда воздавали по заслугам.

В КАКОМ ВОЗРАСТЕ МОЖНО ОПРЕДЕЛИТЬ, ЧТО РЕБЕНОК ТАЛАНТЛИВ?

В десять лет все видно. Последний шанс можно дать, когда ребенку 15 лет. Никакие связи не помогут ножке стать маленькой, а душе — большой.

ЧТО, С ВАШЕЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ, В РУССКОЙ БАЛЕТНОЙ ШКОЛЕ НУЖНО СОХРАНИТЬ, А ЧТО В НЕЕ ПРИВНЕСТИ?

Российское музыкально-театральное образование — это самая верная, самая лучшая система. Америка, Франция, Китай все взяли у нас, в том числе и педагогов. Наше художественное образование — самое совершенное гуманитарное образование в мире, и ничего лучше пока не придумали.
Нашей хоровой школе 500 лет, она создана при Иване Грозном. Балетным училищам почти 300 лет, они созданы при Анне
Иоанновне в 1738 году! Наша балетная школа основана в Санкт-Петербурге, и в 1773 году точно такая же была открыта в Москве. Мы старше университета. Консерватории и театральные институты в принципе отпочковались от балетного училища. Я за то, чтобы такие уникальные учебные заведения, как наше Хоровое училище, Московское и Ленинградское хореографические училища, школы при Московской и Ленинградской консерваториях, все театральные школы, художественные школы уровня Суриковского училища получили статус Национального достояния. Если этого не произойдет, мы все потеряем.

КАК НУЖНО РАЗВИВАТЬ ТВОРЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ РЕБЕНКА?

Прежде ребенок должен научиться пересказывать сказки Пушкина, понимать романы Толстого и пьесы Чехова, потому что живет в России. Креативность и творчество должны начинаться тогда, когда вы выучили базу. Нельзя построить здание, пока не положен фундамент.
Другое дело, что в формировании креативности очень много зависит от педагогов, по литературе в первую очередь. Должны быть жесткие требования к знанию материала, но и свое мнение ребенок должен высказать. Ребенок должен иметь право сказать: «Мне не нравится Татьяна. Я бы так не поступил». Возможность формировать и высказывать свое мнение развивает креативность.

КАК ВЫ ОТНОСИТЕСЬ К ИДЕЕ ПРОФИЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ШКОЛЕ?

Очень хорошо. Я сейчас скажу очень крамольную вещь. Я это говорил во многих инстанциях, и меня очень многие за это осуждают. Я считаю, что глубокое изучение математики, физики, химии только мешает, потому что мы живем в век компьютеров, когда это уже не нужно.
Ребенок, у которого есть склонность к точным наукам, виден сразу, это проявляется в шесть лет. И если это есть, если и ребенок, и его родители считают, что это надо развивать, вот тогда такого ребенка надо отправлять в школу, где точные науки изучаются усиленно.
Когда говорят, что «математика — гимнастика для ума», я не согласен вообще. Надо учить языкам. Склонять глаголы — это еще большая гимнастика для ума. Точные науки «сжирают» основное количество времени в образовательном процессе, а в жизни они нужны очень узкому кругу людей. Время потрачено, а пользы никакой.
Я за такое образование, при котором ребенок получал бы больше гуманитарных знаний.
Я отличник, мало того, моя мама физик. Так что меня заставляли учить точные науки. А мне нужны были языки. Я все на-верстывал потом. Слава Богу, что строгая мама заставила меня прочесть литературу, которую нужно, в нужное время. Мало того, повезло с педагогом, с которым было интересно изучать литературу. Но если бы этого не было, я знаю точно, что объем точных наук задавил бы меня.

ВАШИ ПОЖЕЛАНИЯ В КАНУН НОВОГО ГОДА ПЕДАГОГАМ?

Я знаю, какая это сложная профессия. Я знаю, какое это высокое звание с моральной точки зрения. Это очень низкооплачиваемая профессия, и в ней всегда служили подвижники, люди, которые во что-то верили. Особенно те, кто работает с очень маленькими детьми, в музыкальных школах, театральных кружках.
Здесь наша Родина и, к сожалению, здесь что-то меняется всегда очень сложно и очень долго. Потому я хочу пожелать всем понимания этого, силы и успехов в воспитании своей смены.

Comments are currently closed, but you can trackback from your own site.

Архив