RSS Feed

Первое апреля. Никому не верю

Комментарии отключеныКомментарии
Автор: Данила Строганов   28.04.2011  10:59

Кампания по записи детей в первые классы школ стартовала в России в Международный день юмора. Впрочем, подавляющему большинству родителей будущих первоклашек очень и очень не до смеха: многие из них, сменяя друг друга, круглосуточно дежурили у порогов школ всю предыдущую неделю. Корреспондент «Просвещения» отправился в одну из московских школ, чтобы на месте выяснить, как сработала такая «гражданская активность».

– Вы лучше уйдите отсюда, – «приветливо» встретил меня небритый мужчина в нескольких свитерах и валенках до колена на крыльце школы. За его спиной мной немедленно заинтересовались еще трое суровых мужчин и целеустремленно двинулись в мою сторону.
– Понятно? – ласково спросил небритый. – Со ступенек сойдите и идите вон туда, где все. Идите уже, мы здесь все и так взвинченные.

Там, «где все», выстроилось больше ста человек (чуть позже я выяснил, что в списках значится 144 человека). Было ровно 10 часов утра. Мамы и папы, согласившиеся поделиться информацией, делали это исключительно на условиях полной анонимности и просили не называть номер школы. Их можно понять. Начинать учебный процесс с конфликта с администрацией школы несколько неконструктивно. Так что могу сказать только, что школа расположена на самом юге Москвы и вовсе не входит в так называемые «50 ведущих школ столицы». Обычная рядовая школа. Уровень преподавания чуть выше, чем в среднем по району.

Развитие кампании по записи дошкольников в первый класс я наблюдал практически с самого начала – с 24 марта, когда состоялось собрание для родителей будущих первоклассников. Именно на нем было объявлено, что все родители равны и таких, которые равнее других, нет и не будет. Иначе говоря, все льготы и преимущества, территориальные или социальные, по зачислению в школу не принимаются во внимание. Или, еще иначе, работает старое доброе правило: «Кто раньше встал, того и тапки».

«А, понятно», – протянули родители и спокойно засобирались по домам.
На следующий день на каждом втором дереве в парке, прилегающем к территории школы, была примотана скотчем распечатка, оповещающая всех заинтересованных об организации живой очереди. С субботы начались круглосуточные дежурства родителей.

Как это должно было быть
В мае прошлого года Мосгордума приняла поправку в закон № 14 «Об общем образовании в Москве», утвердив новые правила, регламентирующие прием в школы первоклассников. Приоритетные права по зачислению получили:
– дети, проживающие в домах, расположенных поблизости от школы;
– дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей;
– дети из многодетных семей;
– дети, имеющие братьев и сестер, которые уже учатся в этой школе.
И никаких единых дней приема во избежание ситуации, когда первыми зачисляются исключительно дети самых лучших… то есть самых крепких и физически подготовленных родителей. Прием должен был проходить в три этапа: весь март – «подготовишки», которые уже занимаются в данной школе, с 1 апреля по 15 мая – первоочередники по новому закону, а вплоть до 30 августа – все желающие на оставшиеся свободными места.

Но столичная прокуратура решила, что любые привилегии, касающиеся приема в школы, противоречат Конституции, которая, как известно, гарантирует всем гражданам России свободу получения образования. И ведь не поспоришь, приоритеты равным правам противоречат. Соблюдать наши с вами права и свободы – прямая обязанность надзорного ведомства.

Судебное рассмотрение прокурор-ского иска началось 21 марта сего года. Так что к 1 апреля школы оказались перед выбором: то ли принимать школьников по новому закону, который вступил в силу
1 января, но который может быть отменен, то ли не разбираться в вопросе, не рисковать и принимать как в прошлом году. То есть как всегда. Хотя, как всегда, изначально все хотели как лучше.

Как это было
Итак, 150 с лишним человек выстроились вдоль здания школы, внутри которой их ждет «тайная комната» – обычный класс, в котором идет запись. Четверть одиннадцатого: первая «десятка» родителей пошла заполнять документы. При этом вторая «десятка» выдерживается в школьном тамбуре – между стеклянными дверьми. Третью собирают на крыльце. Весь процесс организован исключительно родителями. Штатный школьный охранник иногда выглядывает на улицу, потом сразу уходит обратно в здание, явным образом показывая: я не имею к происходящему никакого отношения.
Паспорта проверяют и на крыльце, и в тамбуре: двойной контроль. К чести родителей стоит отметить, что процесс организован по-военному четко, целесообразно и разумно. Впрочем, не без эксцессов.

«Куда пошла, куда эта женщина пошла? – крик в очереди. – Держите ее, не пускайте!»
Самопровозглашенный организатор в валенках впускает в школу через дверь выхода невысокую брюнетку лет сорока: «Успокойтесь, не кричите, ей можно, я ее знаю, это учительница».
– В семь часов вечера вчера было предварительное собрание родителей, стихийное, – рассказывает мама со списками, проверяющая очередность. Она – 80-я в очереди. – Здесь всё сделано по инициативе родителей. Мы сами устанавливаем правила, нам так спокойнее. Мы все здесь друг перед другом равны. Никаких ограничений ни по прописке, ни по второму ребенку в этой школе. У нас есть 681-й приказ, он есть на сайте школы, администрация им руко-водствуется, значит, никаких привилегий никому. Школа сказала: теперь нет никаких ограничений, никому ничем не можем помочь. Так что всё здесь – исключительно самоорганизация, нам очень хотелось достойно очередь организовать, понимаете, нам же потом еще учиться вместе, здороваться каждый день одиннадцать лет. Очень не хотелось провокаций, разборок, прокуратуры или ОМОНа… Когда я пришла, я сразу увидела, что все родители адекватны, сразу стало спокойнее.

Двенадцать часов дня. В тамбур из школы выносят чай в одноразовых стаканчиках, сушки и сухари для родителей. Вовремя: все давно замерзли на пронизывающем еще по-зимнему ветру. «Вот ведь какие человеческие человеки», – одобрительно замечают в очереди. Как мало иногда нужно для счастья.

Как это могло быть
А в это время в другой москов-ской школе, расположившейся ближе к центру, был самый обычный учебный день. Запись первоклассников не проводилась. Формальная запись здесь еще состоится – в недалеком будущем. Другое дело, что уже есть неформальный список, составленный администрацией вместе с родителями. И в этот список в первую очередь попали дети, заканчивающие подготовительные классы при школе, те, у кого здесь учатся братья-сестры, и дети из семей, которые живут неподалеку. То есть все те категории, которые предполагалось, но не получилось закрепить законодательно.

– Да, я отдаю себе отчет в том, что мы сознательно наступили на закон или, лучше сказать, аккуратно обошли острые моменты, которые бы неизбежно возникли, следуй мы бездумно букве закона, – рассказала мне директор этой школы в личной беседе. – Менее всего мы хотели бы травмировать родителей и доводить их до истерик в очередях. Конкуренция при зачислении в учебное заведения путем составления списков и организации «живых щитов» – это, извините, просто бред. Не забывайте, еще будет заседание суда 13 апреля, и я не исключаю, что запись, состоявшаяся 1 апреля, будет признана недействительной. Представляете, что будет, если к лету вся эта нервотрепка начнется по второму кругу?!

Российская национальная идея
И снова школа на юге Москвы. На школьный двор начинают выбегать первые классы, закончился четвертый урок.
– Дядя, а что здесь делают все эти люди? С утра стояли, сейчас стоят, – спрашивает меня мальчишка лет восьми. Объясняю, что это родители так отдают детей в первый класс.
– Мильон людей, блин! Играть негде! – мальчишка швыряет рюкзачок на асфальт.
– А вот сейчас она пройдет (дама со списками. – Д.С.), кто списки держать будет? – волнуется очередь.
– Потом я возьму, я 150-й, – отвечает стоящий рядом мужчина в черном.
– А-а, понятно, – тихонько произносит женщина из очередной, собранной на крыльце, «десятки». Таким тоном говорят о безнадежно больных и обреченных. Всем известно, что мест в школе для первых классов – 125.

Отлавливаю на выходе счастливую родительницу, которой удалось подать документы.
– Если честно, я рада, что всё произошло именно так, как произошло, – рассказывает она. – За эту неделю я сформулировала нашу, российскую национальную идею, над которой 500 лет бились большевики, ну и все остальные. Причем эта идея впервые в истории зародилась «снизу», ее не «сверху» спустили. Она предельно простая: «От-станьте, мы сами, нас не задушишь, не убьешь». У нас государство живет своей жизнью, а люди, формально относящиеся к нему, живут своей, обособленной. Ведь что здесь произошло? Одни интеллигентно предоставили горячий чай. Другие организовали собрания и списки. Ни одно животное не пострадало. И те, и другие проявили себя с неожиданно лучшей стороны.

К часу дня последним номером списка был 177-й. В три часа прием документов у родителей был закончен. Документы приняли ровно у 125 человек. Пять классов, в каждом должно быть 25 человек. Всё по закону.

Comments are currently closed, but you can trackback from your own site.

Архив